ЭЙНШТЕЙН, РАВНЯЙСЬ, СМИРНО!

На военной кафедре КПИ где-то на стыке 70-х и 80-х годов прошлого века блистал некий отставной то ли майор, то ли подполковник, в целях секретности назовём его нейтрально - Иванов. Сильно умные политехнические студенты любили его за военную выправку и набор юбилейных медалей о безупречной службе. Ну, и за знания любили, само собой, зачастую расширявшие привычные научные горизонты.

Однажды, в процессе изучения какой-то военно-патриотической дисциплины, внезапно возник разговор о теории относительности Эйнштейна, которым злокозненная аудитория пыталась загнать заслуженного педагога в тупик и там надругаться. Заслуженный педагог был не робкого десятка, и подрядился доказать эту самую теорию легко, за 5 минут, с помощью мела, ржавого угольника и замысловатых формул.

- Вот! - строгим командирским голосом отрапортовал он, спустя где-то полчаса, - Теория относительности доказана, что и требовалось доказать.

В этом месте, по сценарию советских (ещё чёрно-белых) художественных фильмов, аудитория должна была взорваться бурными продолжительными аплодисментами, переходящими в овацию. Но - нет. Будущие лейтенанты запаса оказались менее эмоциональны, чем их экранные прототипы. Более того, за научными изысканиями майора (подполковника) Иванова мало кто следил - нашлись дела поважнее: кто-то доучивал на пересдачу сопромат, кто-то резался в карты, на заднем ряду разливали портвейн.
И тут, как всегда, из всех сильно умных временно рядовых нашёлся самый умный, в целях анонимности назовём его, например - Гридасов. Невзирая на портвейн, студент Гридасов тоже знал многие законы Ньютона, а некоторые формулы помнил ещё из школьного курса математики за 8-й класс. Поэтому, вот его текст:

- Товарищ майор! Я дико извиняюсь, но у вас тут в третьей строчке получается, что синус равен одна целая и двадцать три сотых. Но ведь он не может быть больше единицы, единица - это максимум, объясните...

Заслуженный подполковник (он же майор) спокойно сверил показания Гридасова со своими чертежами, вытер белые от мела пальцы об такую же непрезентабельную тряпку и, чеканя каждое слово, убедительно развеял сомнения скептиков:

- Курсант Гридасов, вы сейчас рассуждаете как сугубо гражданское лицо. Запомните, в военное время значение синуса может доходить до двух. А в исключительных случаях - и больше!

- Но, товарищ майор, наука...

- При чём здесь наука, Гридасов? Это же секретные военные разработки, наука пока что может и не знать!

Глыба был, а не мужик. Не то, что некоторые тут...
...................................